Ксенофоб  - Игорь Шенгальц

Раздался гулкий взрыв, пол ощутимо заплясал под ногами, а в стене появилась пробоина величиной с кулак.

Симбирский уважительно присвистнул. Его громилы, не обращая внимания на происходящее, уже двигали шкаф, уронив его поверх стола.

Следующие несколько выстрелов оказались ничуть не слабее первого. Я стрелял по намеченному взором контуру, постепенно завершая рисунок. «Дырокол» не подвел, каждый выстрел пробивал стену насквозь. Не прошло и минуты, как проход был практически готов.

– Удивительно! Вы просто кладезь сюрпризов, Бреннер… Постойте-ка, не стреляйте. Дайте и я помогу…

Степан перевернул один из стульев, отломал от него ножку, подошел к стене и несколькими точными ударами вышиб наружу несколько кирпичей.

– Эй, кенты, сюда!

Громилы оставили баррикаду и подошли к фартовому. В объяснениях они не нуждались и за несколько минут расширили проход в достаточной степени, чтобы в него мог пролезть взрослый человек.

– Милости просим, барин! – широко улыбаясь, пригласил меня лезть первым Степан. – Осторожно, голову не пораньте…

Я не заставил себя просить дважды и выбрался на улицу. Мороз ударил мне в лицо, от чего на мгновение перехватило дыхание. К счастью, это была единственная подстерегающая меня неприятность.

Враждебных лиц поблизости не наблюдалось.

Дыру мы пробили в пятнадцати шагах от главного входа, но охранников на улице уже не было – все заскочили в ресторан и теперь ломали дверь в нашу комнатушку.

Конфискованный «Эгоист» оказался буквально в двух шагах от нас. Степан и его товарищи уже протиснулись следом за мной через дыру и теперь ежились на ветру, ожидая наших дальнейших действий.

– Прокатимся? – предложил я. – Вот только число мест ограниченно.

– Ничего, – пожал плечами Симбирский, – мои кенты прогуляются пешком. Волка ноги кормят.

Громилам ничего не оставалось, как последовать этому совету. Они тут же скрылись в подворотнях, мгновенно растворившись в ночи.

Мы залезли в мехваген, мотор взревел, и мы помчались прочь от ресторана Салданова, оставив господина риттер-баронета в самых расстроенных чувствах грустить в одиночестве о несбывшейся мести.

Вот только далеко мы не уехали. Едва свернув на соседнюю улицу, я тут же выжал педаль тормоза до упора. Мехваген остановился не сразу, проехав юзом по снежной колее метров десять.

– Что случилось? – Симбирский, едва успевший выставить руки вперед и только поэтому не ударившийся головой от резкого торможения, недовольно посмотрел на меня.

– Снова он…

Чуть впереди, метрах в ста, прямо на нашем пути стоял человек, одетый во все черное. Газовые фонари освещали его фигуру, отбрасывая в стороны замысловатые тени.

Я узнал бы его из тысячи. Мой личный убийца!

Но каким же образом он успел выбраться из леса, попасть в город и, главное, вновь отыскать меня? Никто не знал о моих планах посетить ресторацию Салданова. Но факт есть факт. Убийца стоял на дороге и ждал.

– Он опасен? – Степан явно недооценивал противника, но тот и правда выглядел неказисто. Если бы я не видел его в действии, тоже мог бы впасть в заблуждение.

– Чертовски!

– Можем сдать назад?

– Там слишком много снега намело, увязнем. Он этого и ждет. В ближнем бою нам с ним не справиться.

– Тогда вперед!

– В каком смысле? – не понял я.

– Гони, Бреннер! Дави его! – Глаза фартового азартно заблестели. Вся эта история доставляла ему сущее удовольствие.

А что, почему бы и не воспользоваться советом?..

Я резко рванул с места, стремительно набирая скорость. Мне показалось или черный убийца неуверенно дернулся в сторону? Ну-ка, прибавим газ!

Мехваген набирал скорость почти мгновенно, все-таки «Эгоист» – очень мощный аппарат, несмотря на свой компактный вид.

Мелькнула было мысль использовать пушку, но я тут же отринул эту идею как слишком навязчивую. Мне просто очень хотелось пострелять. Но стрелять из пушки по верткой тени ночью в буран – занятие для исключительных извращенцев.

– Дави его! Дави!

Но у меня не получилось. В последний момент, когда, казалось бы, черному человеку было уже не выбраться из-под колес, он сделал невероятный прыжок в сторону, а мы пронеслись по тому месту, где он только что находился.

Более того, убийца успел выстрелить из своей трубки – уже третьей на моей памяти, но то ли сумрак помешал ему прицелиться лучше, то ли мехваген слишком сильно трясло на ухабах, но ядовитый шип, пробив боковое стекло, воткнулся в деревянную панель прямо между нашими головами.

– Осторожно! – предостерег я Степана, который уже приноровился было вытащить шип наружу. – Это яд.

– Шикарно! – восхитился деловой. – Мастер! Из такого неудобного положения почти попал! Вот бы мне пару таких ребят в дело…

– Не думаю, что он человек.

– Даже так? – призадумался Симбирский, простецки почесывая затылок. – То-то мне показалось, что у него локти в обратную сторону сгибаются…

– На нем какая-то маска… костюм… сложно сказать. Но я уверен, это чужак. Уже третий раз за два дня мы встречаемся, и третий раз мне везет.

– В четвертый раз может и не подфартить, – разумно заметил Степан.

– Надеюсь, четвертого раза не будет…

Но я вовсе не был уверен в собственных словах. Слишком уж часто мы с черным убийцей пересекались.

Петляя по кварталам, я отъехал на достаточное расстояние, чтобы почувствовать себя в относительной безопасности. Я свернул в более-менее очищенную от снега подворотню, выключил внешние огни и повернулся к Симбирскому.

Его глаза, казалось, чуть светились в темноте. Я чувствовал, что он опасен, даже, может быть, более опасен, чем черный убийца, но свой вопрос я обязан был задать.

– Зачем тебе понадобилось присылать приглашение репортеру Грэгу Рату на прием в посольстве фогелей? – Я резко перешел на неформальный стиль общения. – И каким образом ты достал это приглашение?

– Меня об этом попросили, – ничуть не удивился вопросу Степан, – в качестве одолжения. А достать приглашение было несложно, нужно лишь иметь правильные знакомства…

– Кто попросил?

– Есть один человек… у нас с ним общие делишки… А зачем? Понятия не имею!

Я начинал закипать, как давешний самовар.

– Как его зовут?

– Я знаю его под именем Перевозчик.

– И каким образом я могу с ним встретиться?

– Не все так просто, Бреннер. Ты хочешь, чтобы я вот так запросто взял и сдал тебе столь важный контакт? А что взамен?

– Что ты хочешь? Денег? Могу выписать чек. Но не забывай, это дело касается Беллы…